Отчет Буни о квартирном концерте Jeffа
(Москва) 22.12.2001г.

Между ванной и кухней по крошечному коридору, который, если верить Jeffу, пишется и, уж во всяком случае, поется через "е", ходила пришибленная кошка. "Ходют и ходют, - думала кошка, - В прихожей натоптали, в туалет войти противно, кухня из-за бутылок в три раза меньше стала"! Откуда бедному животному было знать, что все это - атрибуты возрождающегося рок-н-ролла.
Мы вообще живем в эпоху Возрождения. Возрождается цензура, возрождается официозная совковая эстрада, возрождается система прирученных ансамблей. Естественно, не мог не возродиться и андеграунд - жизнерадостный грибок на длинной руке государства. Года с девяносто первого и до недавнего времени квартирные концерты играли только те, кого уж совсем никто не хотел слушать. И вдруг - спасибо Тиму Гуринову, почуявшему, куда дует ветер, - слово "квартирник" снова начало ассоциироваться не с качеством, но с мировоззрением.
На квартирнике 22 декабря все так и дышало Высоким Возрождением: новый состав, новые песни, новый Jeff. Вернее, хорошо забытый старый. Лично я, скромный улыбчивый парнишка, последний раз видел его таким года три-четыре назад, когда пьяного отекшего хама не было еще и в помине. Как в лучшие времена Jeff был свеж, обаятелен, артистичен и вел себя безупречно, если, конечно, не считать фразы про баб, которых он якобы "перематросил". Впрочем, это тема больная, будем снисходительны. В меру своих сил он даже следил за порядком, остроумно щелкая по носу особо ретивых поклонников. А поклонники, и правда, были ретивы. Одна девушка неоднократно просила Jeffа взять ее с собой в туалет. Певец был непреклонен и туалетом пользовался сугубо самостоятельно.
Первое отделение запомнилось смутно, - сказался шок, вызванный неожиданно хорошей формой Jeffа. "Сотоварищи" в лице гитариста Владимира Анкудинова потрясли не меньше. Дело даже не в том, что Владимир хорошо играет, временами придумывая собственные партии, а временами вчистую снимая Кузины. Дело в том, что они с Jeffом великолепно сочетаются на сцене, перекидываясь остротами, как пинг-понговыми шариками.
В антракте или, если угодно, во втором отделении перед публикой попытался было предстать киевлянин Игорь Дубровский. Но, забыв слова второй песни, здоровенный мужик застеснялся и наотрез отказался выступать дальше.
После антракта к Jeffу с Анкудиновым присоединился басист, слегка напоминавший Цоя. В результате получилось что-то вроде "Кино" со смещенным центром тяжести.
Пожалуй, единственным огорчением стали несколько новых песен. Все-таки нехорошо рифмовать "знаю" и "умоляю", уж простите старого улыбчивого зануду. Будем надеяться, что начавшееся джеффово возрождение коснется и творческого процесса. Однако не стоит слишком придираться. Главное, что Jeffу снова стало интересно выходить на сцену, и это не замедлило сказаться на исполнении. По-хорошему оригинально прозвучали "Антимузыка", "Аэрофобия" и "Нет сомнений". Не менее оригинально, правда, по другой причине - Jeff ухитрился не попасть почти ни в одну ноту - была спета "С Новым годом". Презрение к публике сменилось, наконец, самоиронией в духе отечественных неоромантиков. Концерт удался, дай Бог, удадутся и последующие.

Сергей Шабуцкий (Boonya)